Война с разумом

Журнал 1
В этом журнале мы пишем про все, что нам мешает смотреть на вещи реально: государственная цензура и пропаганда, искажение истории, наши собственные заблуждения.
Самое важное
Азбука параноика: кто за нами следит и зачем им это Уже месяц Facebook пытается отбиться от обвинений в утечке личных данных пользователей. Coda собрала примеры коммерческой слежки за нами, по сравнению с которыми скандал с Facebook — новость уровня газеты «Сельская новь».
Цензура в кино — как все устроено Деньги, управляемый народный гнев и историки в штатском: притом, что официально цензура в России запрещена, на самом деле она прекрасно работает. Разбираем на примере отечественного кино.
Кучи проблем: что происходит со свалками после закрытия Ядовитый газ и токсичный фильтрат: примеров успешной рекультивации свалок в Подмосковье просто нет — до сих пор звучат только обещания и суммы, которые потребуется вложить, чтобы превратить горы мусора в парки и горнолыжные склоны.

Пропаганда За словом в карман

Глава 3
Пропагандировать можно и хорошие вещи, но это нужно уметь. У нас почему-то пропагандируются в основном плохие или бесполезные. Или пропагандируются хорошие, но плохо. В этой теме мы разбираемся, почему так происходит.
Кучи проблем: что происходит со свалками после закрытия Ядовитый газ и токсичный фильтрат: примеров успешной рекультивации свалок в Подмосковье просто нет — до сих пор звучат только обещания и суммы, которые потребуется вложить, чтобы превратить горы мусора в парки и горнолыжные склоны.
Токсический мститель В Таганроге несколько десятков человек отравились таллием. Предполагаемый отравитель написал явку с повинной и сидит под домашним арестом. Но не все в городе верят следствию — руководство завода слишком долго скрывало трагедию. Корреспондент Coda съездил на завод имени Бериева и попытался выяснить, что случилось.
Пролетая над мусорной кучей Когда едешь к мусорному полигону, заблудиться нельзя: чудовищная вонь начинается за километр. Coda полетала над Тимохово, самым большим полигоном твердых бытовых отходов в Европе.
Секс, наркотики, интернет А также карты и деньги: то, о о чем не говорят с детьми в школе, а надо бы.
Трагедия как день сурка Журналист Нигина Бероева, работавшая на всех крупных катастрофах последнего десятилетия, точно знает, чем кончатся проверки торговых центров и кинотеатров.

Лженаука Спасение в шарлатанстве и вымышленной истории

Глава 2
Вера вместо знания, алхимия вместо двойных слепых тестов и пропаганда вместо источниковедения: все это распространяется, когда люди боятся напрячь мозг. Мы же, наоборот, боимся его расслабить.
Чуда не будет Cтрах перед наукой, ощущение собственной униженности и желание реванша, отвращение ко всякой серьезной умственной работе и жадность приводят к печальным последствиям.
Промысел и бунт Вместо бизнеса — промысел, вместо статистики — наблюдения: Социолог Симон Кордонский о параллельной России
Психологи для битья Бесправие и бессистемность: смогут ли вашему ребенку помочь до того, как он устроит резню в школе?
Амфетамин, каннабис и другие лекарства Боль, СДВГ, эпилепсия и другие недуги: Coda исследует рынок эффективного лечения настоящих болезней запрещенными препаратами.
Дело врачей: почему российские доктора боятся оперировать Елену Мисюрину выпустили из-под стражи, но еще не оправдали. И доктора считают это счастливой случайностью, а атаку на профессию — нет

Цензура Знать не положено

Глава 1
Есть тысячи причин и тысячи способов скрыть правду. Этим занимается правительство, бизнес, школа — и мы сами. Последнее унизительнее всего.
Азбука параноика: кто за нами следит и зачем им это Уже месяц Facebook пытается отбиться от обвинений в утечке личных данных пользователей. Coda собрала примеры коммерческой слежки за нами, по сравнению с которыми скандал с Facebook — новость уровня газеты «Сельская новь».
Цензура в кино — как все устроено Деньги, управляемый народный гнев и историки в штатском: притом, что официально цензура в России запрещена, на самом деле она прекрасно работает. Разбираем на примере отечественного кино.
Как мы сами себе делаем цензуру «Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается». Статья 29, пункт 5 Конституции Российской Федерации.
«Газета должна стать гражданской тусовкой» Издатель из Жуковского Наталья Знаменская рассказала Coda, как местное издание перестает быть бизнесом и становится коллективным агитатором и организатором
В тюрьму за лайк: везучий 1% Coda начинает показывать документальный сериал о людях, которых преследуют и сажают в тюрьму за лайки и репосты.

Постпамять Управление историей

Глава 4
Как рассказ нам о нас же становятся инструментом власти
Забытые в степи Как живут россияне в тайных хуторах в Донской степи, в четырехстах километрах от Ростова: без власти, дорог, школ и денег, зато с волками и туберкулезом.
Новая память: как не потерять себя в эпоху постправды Память становится таким же важным активом, как данные о том, где вы живете, что вы покупаете и с кем вы спите.
Сталинизм для народа Сталинизм отрицает низовую активность и протесты и поэтому популярность вождя у россиян невероятно удобна властям
Русь Идеальная Восемь вариантов ностальгии по несуществующему прошлому. Добрые славяне с медведем, грозный царь, строгий, но справедливый Сталин и изобилие застоя: по чему скучают мечтательные россияне.
«Гуманизм — это сатанизм и человекоугодие» Интервью с православным фундаменталистом, ждущим второго пришествия Царя