Война с разумом

Журнал 1
В этом журнале мы пишем про все, что нам мешает смотреть на вещи реально: государственная цензура и пропаганда, искажение истории, наши собственные заблуждения.

Пропаганда За словом в карман

Глава 3
Пропагандировать можно и хорошие вещи, но это нужно уметь. У нас почему-то пропагандируются в основном плохие или бесполезные. Или пропагандируются хорошие, но плохо. В этой теме мы разбираемся, почему так происходит.
Национал-патриархи идут в набеги За лето Мужское государство плотно обосновалось в российском инфополе: всё началось с преследования женщин на Чемпионате мира и закончилось оперативниками под прикрытием и арестами. На фоне свежего вороха дел за возбуждение ненависти по половому признаку, Coda изучила сторонников национал-патриархата изнутри: и в чатах и на тренировках по ножевому бою.
Преображение режима Первый демократически избранный президент России Борис Ельцин практически не страдал от отсутствия государственной идеологии. Ему достаточно было декларировать определенные ценности, которые иногда довольно сильно расходились с реальностью, но в которые он, кажется, искренне верил. Coda попыталась по публичным выступлениям выяснить, каковы были ценности ельцинского режима и что от них осталось в наши дни.
Как здравоохранение стало орудием войны в Украине Поддерживаемые Россией сепаратисты используют медицинские услуги, чтобы заручиться поддержкой местного населения. Украинские власти этого не делают, оставляя восточную часть страны без высокотехнологичной медицинской помощи.
Пони, белочки и мишки Московские матери 15 августа прошли маршем по центру Москвы в защиту Павликовой, Дубовик и других подростков, которых арестовывают по экстремистским статьям. Coda выяснила, зачем под проливным дождем люди несли плюшевые игрушки к зданию суда.
Тепловизор и коса: настоящая битва за урожай на Юге России Почему уборка зерна в Ростовской области и в Краснодарском крае превращается в маленькую войну.

Лженаука Спасение в шарлатанстве и вымышленной истории

Глава 2
Вера вместо знания, алхимия вместо двойных слепых тестов и пропаганда вместо источниковедения: все это распространяется, когда люди боятся напрячь мозг. Мы же, наоборот, боимся его расслабить.
«Спутник», «Игорек» и другие провалы В конце августа стало известно, что «Ростелеком» обанкротил за долги дочернюю компанию, которая занималась развитием национального поисковика «Спутник». Coda собрала примеры дорогих и провальных IT-проектов с госфинансированием.
Запрещенные лекарства Coda рассказывает о проблемах, с которыми сталкиваются многие российские пациенты и их родные, вынужденные самостоятельно добывать жизненно необходимые, но не доступные в нашей стране препараты.
Страх, стигма, недоверие Как становятся ВИЧ-отрицателями
Дело врачей-2: кого судят за медицинские ошибки Следственный комитет продолжает охоту за врачами-преступниками, не видя разницы между неудачным стечением обстоятельств, честной ошибкой и полноценной преступной халатностью.
Бананы в тайге или сибирская язва Глобальное потепление существует, и оно не делает наш холодный климат лучше. Вместо расширения распашки и сибирских субтропиков нас ждут забытые болезни, ураганы и коллапс инфраструктуры.

Цензура Знать не положено

Глава 1
Есть тысячи причин и тысячи способов скрыть правду. Этим занимается правительство, бизнес, школа — и мы сами. Последнее унизительнее всего.
Перед свастикой все равны Можно быть антифашистом - и все равно угодить под арест или заплатить штраф за демонстрацию нацистской символики. Ежегодно в России наказывают тысячи людей за картинки со свастикой, даже если это кадры из классических фильмов или советские плакаты. 
Россия бассаапа Бычок Майагатта, джинн Грудинин и бабушкин чат: как Whatsapp меняет жизнь якутов.
Свидетельские показания О Боге теперь не поговоришь: как живут «Свидетели Иеговы» после того, как их организацию признали экстремистской, имущество конфисковали, а проповедовать запретили.
Азбука параноика: кто за нами следит и зачем им это Уже месяц Facebook пытается отбиться от обвинений в утечке личных данных пользователей. Coda собрала примеры коммерческой слежки за нами, по сравнению с которыми скандал с Facebook — новость уровня газеты «Сельская новь».
Цензура в кино — как все устроено Деньги, управляемый народный гнев и историки в штатском: притом, что официально цензура в России запрещена, на самом деле она прекрасно работает. Разбираем на примере отечественного кино.

Постпамять Управление историей

Глава 4
Как рассказ нам о нас же становится инструментом власти
«Он все время тыкал в меня стволом» Захват заложников в ростовской школе, произошедший за 11 лет до Беслана
Как анархисты промахнулись, потому что не стали стрелять Группа анархо-синдикалистов хотела убить Никиту Хрущева за его волюнтаристскую международную политику. Но их, разумеется, поймали и посадили. К тому же у них и винтовки-то не было.
Змиевская могила Как происходил Холокост в Ростове-на-Дону и как сегодня выглядит место уничтожения 27 тысяч человек
Исчезнувшие коммунары Когда говорят о советских диссидентах, вспоминают обычно правозащитников, либералов и правых. О леваках — коммунистах и анархистах — почти не говорят. Coda исправляет это упущение и вспоминает историю юных коммунаров из Питера, которых посадили за коммунистическую пропаганду в 1979 году.
Революция за колючей проволокой Coda изучила восстание в Кенгирском лагере 1954 года, когда заключенные изгнали охрану, установили самоуправление и больше месяца жили свободно, хоть в осаде.