Постпамять

Новая память: как не потерять себя в эпоху постправды

Память становится таким же важным активом, как данные о том, где вы живете, что вы покупаете и с кем вы спите.

  • Текст Редакция Coda
  • Фото и иллюстрации Софо Киртадзе
  • 27 Mar, 2018

Память — это базовое имущество человека. Все люди рождены равными, у всех людей есть память, именно она составляет основу человеческой личности, дает нам основание в прошлом, позволяет рассказывать истории о себе самому себе и другим.

В прошлом память передавалась из поколения в поколение через естественный отбор. Потом пришло время мифов и легенд: жители деревни в Киевской Руси знали об опасностях ближнего болота, климате окружающих полей и имели некоторое представление о том, откуда пришли их предки и куда они отправятся после смерти. Распространение грамотности сделало память гораздо более глубокой. После того, как люди массово научились писать, они смогли зафиксировать свои представления о прошлом на письме и передать их потомкам. К этому вскоре добавились фотография и телевидение, добавив памяти визуальное измерение. Уже в XXI веке в память пришли социальные сети, забавные видео и моментальные снимки — причем в таком объеме, какой был не представим до сих пор.

Память стала тотальной, повсеместной. От памяти (особенно тяжелой, травмирующей) стали уставать. Государства и корпорации используют это для того, чтобы стереть нашу личную память и установить на ее место свою, соответствующую задачам текущего момента.

Потерять память нас зовут все — от производителей программ, которые не спрашивая нашего разрешения стирают данные и устанавливают новые, до руководителей государств. В  XXI веке нет ничего страшнее гражданина, помнящего предвыборные обещания четырехлетней давности. Все войны двадцать первого века, от конфликта в Персидском заливе, до войны на востоке Украины — это войны памяти и за память. Государства и корпорации вкладывают миллионы долларов в то, чтобы люди по всему земному шару верили именно в их версию прошлого,  в их рассуждения о том, кто прав и виноват, в их рассуждения о зле и добре.

Государство навязывает вам свою версию прошлого, чтобы вы правильно голосовали. Фейсбук любезно подсовывает вам «важные» события из прошлого, чтобы посмотреть на какие из них вы радостно отреагируете. И государство, и транснациональная корпорация хотят одного и того же — управлять вашей неповторимой памятью, для того, чтобы превратить вас в зомби, экономических и политических. Им не нужна ваша самостоятельность — им нужны рычаги для управления вами. И один из этих рычагов — это память.

В этих условиях память становится таким же важным активом, как данные о том, где вы живете, что вы покупаете и с кем вы спите. Это ваш способ разговора с самим собой, в который вы вряд ли захотите пригласить Марка Цукерберга или Владимира Владимировича. Память определяет человека — и потеря памяти едва ли не равнозначна потери личности. В этом разделе мы будем рассказывать вам о том, как работает память, как ее сохранить и умножить в эпоху, когда на память объявлена охота. Ваша память — эта ваша сила. Помните об этом и не дайте себя обмануть.

В самом понятии пропаганды нет ничего дурного. Пропагандировать можно благотворительность, безопасный секс и чтение. Но в российских условиях это понятие означает нечто совершенно иное.

Еще в журнале

Война с разумом

Почему дедушка ничего не рассказывал Чтобы вылечить общественную память, нужно сначала вернуть память семей. Чем занимался прадед? Куда пропал прабабушкин брат? Пока мы не начнем говорить об этом вслух, общество не выздоровеет.
Память ведомств После скандала с уничтожением учетных карточек заключенных в архиве МВД историки рассказывают, каково сейчас работать с документами о репрессиях в ведомственных архивах, и что надо сделать для сохранения национальной памяти.
Немчик родился Страх, унижения и ложь: Coda нашла «немчиков» — детей немецких солдат, которым всю жизнь приходилось скрывать свое происхождение, и поговорила с ними, хоть они и предельно неохотно рассказывают о себе и своих родителях.
Пуля для Нонны, медаль для Луизы Coda исследовала дело таганрогской подпольщицы Луизы Иост. Фортепьянные концерты, любовь немецкого офицера, расстрел подруги и ненависть соседей: что скрывал плюшевый ковер в доме Александры и Луизы Йост и кто выдал Нонну Трофимову?