Цензура

282 статья? Не слышали!

Закон, значительно смягчающий наказание для экстремистов, еще не приняли, а заводить новые дела за разжигание ненависти и вражды практически перестали.

  • Текст Михаил Зеленский
  • Фото и иллюстрации Илья Репин. Арест пропагандиста. Находится в Государственной Третьяковской галерее. Графики — Михаил Зеленский по данным генпрокуратуры
  • 6 Dec, 2018

В начале октября Владимир Путин, впервые после переизбрания на президентский пост, запустил частичную декриминализацию Уголовного кодекса, а именно статьи 282 — она же статья о мемах и репостах. Это уникальное для Путина решение, раньше он точечно смягчал уголовное законодательство только в экономической сфере (1, 2), а широкая декриминализация УК  по президентской инициативе происходила лишь при Дмитрии Медведеве (1, 2, 3). Тем самым Путин де-факто лишил центры по противодействию экстремизму (ЦПЭ) в структуре российского МВД их самого главного инструмента — статьи, по которой в последнее время возбуждалось все больше и больше уголовных дел. И хотя новый путинский закон еще не принят, статья 282 уже фактически перестала работать.

Как будет работать декриминализация статьи 282 УК

Путин своим законопроектом предложил применять уголовное наказание за разжигание ненависти «по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе» (часть 1 статьи 282 УК) только за повторное нарушение в течение одного года.

Если нарушение совершено впервые, то за это будет грозить лишь административная ответственность — вплоть до 15 суток ареста.

Причем административная ответственность «за репосты» будет наступать даже за самые древние публикации. Дело в том, что в УК у этой статьи был срок давности  — шесть лет (от момента совершения преступления), но в Кодексе об административных правонарушениях (КоАП) срок давности может устанавливаться не с момента правонарушения, а с момента его обнаружения. Таким образом, есть риск понести ответственность за пост десятилетней давности, который был обнаружен следователем вчера. Но есть еще два важных положительных момента: КоАП не позволяет проводить обыски для изъятия техники без согласия жильца и блокировать банковские счета «административным» экстремистам тоже  не будут.

Те, чьи уголовные дела по статье 282 УК в соответствии с новым законом будут прекращены, также смогут добиваться разблокировки счетов.

Либерализация, как пишет президент в пояснительной записке к своему законопроекту, нужна «в целях исключения случаев привлечения к уголовной ответственности за деяния, совершенные однократно и не представляющие серьезной угрозы для основ конституционного строя и безопасности государства».

Параллельно в сентябре собственную либерализацию статьи 282 УК начал Пленум Верховного суда. Он в третий раз выпустил разъяснения, как надо судить по этой статье. Теперь суды обязаны учитывать количество просмотров тех постов, по которым возбуждены уголовные дела, а также размер аудитории, которая теоретически могла их увидеть. Новое постановление пленума уже используют для прекращения уголовных дел.

Эта статья — оплот борьбы с экстремизмом в интернете

Статья 282 (возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства) используется для наказания за высказывания в интернете как минимум с 2007 года, когда было возбуждено дело против блогера Саввы Терентьева. Поводом стал его комментарий в «Живом журнале», где Терентьев предлагал сжигать «неверных ментов» на площади. Недавно Европейский суд по правам человека признал что преследование Терентьева, которое называют первым делом за комментарий в России, нарушает право на свободу выражения мнения.

В июле 2008 года Терентьев получил год условно, а уже через два месяца президент Медведев своим указом создал во всех региональных управлениях МВД центры по противодействию экстремизму. Они появились на базе подразделений по борьбе с организованной преступностью, которую, в свою очередь, перепоручили уголовному розыску и управлениям по борьбе с экономическими преступлениями.

Читайте еще об экстремизме в России
Наказание нищетой
Национал-патриархи идут в набеги
Перед свастикой все равны
Свидетельские показания
Тысячелетний Советский Союз
Фабрика высших смыслов

Основной для борьбы с экстремизмом в интернете стал закон, подготовленный в 2011 году правительством под руководством премьера Владимира Путина. «Отсутствие адекватной реакции на размещение экстремистских материалов в международной компьютерной сети “Интернет” со стороны органов государственной власти, призванных бороться с любыми проявлениями экстремизма и разжигания национальной и межэтнической розни, культивирует чувства вседозволенности и безнаказанности у лиц, совершающих эти деяния», — сказано в пояснительной записке к документу. Закон, который явно прописал, что наказывать по «экстремистским» статьям УК можно в том числе за действия (высказывания) в интернете, был принят в 2014 году, когда Путин уже снова был президентом.

Так совпало, что именно в 2014 году количество выявленных преступлений «экстремистской направленности» превысило тысячу. И потом продолжило резко расти.

Статей, посвященных экстремизму, в Уголовном кодексе сейчас шесть:

280 — Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности;

280.1 — Публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации;

282 — Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства;

282.1 — Организация экстремистского сообщества;

282.2 — Организация деятельности экстремистской организации;

282.3 — Финансирование экстремистской деятельности.

До 2016 года Генпрокуратура не давала подробной информации, сколько преступлений регистрируется по каждой из этих статей. При этом в категорию «экстремистская направленность» по общему правилу попадают еще более двадцати прочих статей УК (от побоев до вооруженного мятежа) в том случае, когда преступление совершено «по мотивам ненависти либо вражды». Но когда подробные данные раскрыли, стало очевидно, что именно статья 282 УК — главная в борьбе с экстремизмом.

Две трети всех «экстремистских» дел за последние два полных года — это дела по статье 282 УК. Второе место занимают призывы к экстремистской деятельности (280 УК), на которые приходится пятая часть всех «экстремистских» преступлений.

На десятки других составов преступлений «экстремистской направленности» приходится меньше 15% дел.

Статистика применения самой популярной антиэкстремистской статьи в интернете также до последнего времени была закрытой. Только в 2018 году Генпрокуратура в очередной раз расширила перечень публикуемых данных и рассказала, какие уголовные дела возбуждаются по преступлениям «с использованием информационно-телекоммуникационных технологий». По статистике с января по октябрь, доля дел по 282 УК через интернет — 90%.

Новый закон еще не принят, но статья уже практически перестала работать

Инициатива Путина по декриминализации вряд ли вступит в силу до 2019 года. Пока законопроект прошел только первое чтение в Госдуме, а предложения по поправкам будут принимать до середины декабря. Но только что опубликованные Генпрокуратурой данные за октябрь однозначно свидетельствуют: как только президент сказал, что наказывать по статье 282 УК больше не надо, уголовные дела практически перестали возбуждать.

Руководитель международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков считает, что спад в статистике напрямую связан с внесенным президентским законопроектом, который наверняка будет принят.

«Какой смысл возбуждать уголовные дела по 282-й статье, если потом, [когда закон примут], их придется прекращать? Это будет мартышкин труд», — пояснил он.

Просто так переквалифицировать дела с 282-й на другие статьи УК, по словам Чикова, нельзя. «Самая близкая к 282-й статье — это статья 280-я «Призывы к экстремистской деятельности». <…> Но 280-ю расследуют следователи ФСБ, а 282-ю — следователи Следственного комитета», — говорит он, подчеркивая, что автоматически изменить статью в делах не получится. Также маловероятна переквалификация на статью об оскорблении чувств верующих (148 УК), отмечает Чиков, указывая, что она менее тяжкая, чем 282-я, а значит сроки давности там меньше.

«Кроме того 148-я очень токсичная, она скандальная. Там дел очень немного, и каждое дело тут же вызывает общественный резонанс, если человек по-тихому не признает вину», — добавил он.

По статистике Генпрокуратуры, в октябре вместе со спадом по 282 УК не было роста ни по 280-й, ни по 148-й статье.

«Агоре» удалось прекратить «шесть или семь» уголовных дел на волне либерализации антиэкстремистского законодательства. «Во многих случаях дела не прекращаются, потому что следователи ждут принятия законопроекта», — объясняет Чиков.

Отказ от статьи 282 обрушил статистику по преступлениям «экстремистской направленности». В октябре было зарегистрировано только 44 новых преступления этой категории — в 2,5 раза меньше, чем в сентябре. Таких показателей у центров по противодействию экстремизму не было с 2012 года. Как теперь ЦПЭ будут выправлять статистику, по мнению Чикова, говорить пока рано:

«Это не они будут решать, как изменить свою деятельность. Им поступят соответствующие указания».

С большой долей вероятности, оперативники теперь сосредоточат внимание на административных делах, говорит юрист. «Я бы ожидал каких-то первых административок уже в первом квартале следующего года. Но на производственные мощности эшники выйдут, я думаю, только во второй половине 2019 года», — сказал Чиков.

Само появление законопроекта Чиков связывает с межведомственной борьбой ФСБ с одной стороны и Центров по противодействию экстремизму МВД и Следственного комитета — с другой. «Это означает, что будет происходить какое-то межведомственное согласование и расстановка приоритетов и компетенций между полицией и ФСБ по вопросам, связанным с уголовным преследованием за экстремистские статьи», — говорит глава «Агоры».

Читать дальше

Вниз по мертвой реке

Можно ли убить реку? Coda выяснила, что можно: канализация, скотобойня, токсичное производство и элитное жилье превращают приток Дона в зловонный ядовитый ручеек.

Еще в журнале

Война с разумом

Свидетельские показания О Боге теперь не поговоришь: как живут «Свидетели Иеговы» после того, как их организацию признали экстремистской, имущество конфисковали, а проповедовать запретили.
Перед свастикой все равны Можно быть антифашистом - и все равно угодить под арест или заплатить штраф за демонстрацию нацистской символики. Ежегодно в России наказывают тысячи людей за картинки со свастикой, даже если это кадры из классических фильмов или советские плакаты. 
Азбука параноика: кто за нами следит и зачем им это Уже месяц Facebook пытается отбиться от обвинений в утечке личных данных пользователей. Coda собрала примеры коммерческой слежки за нами, по сравнению с которыми скандал с Facebook — новость уровня газеты «Сельская новь».
«Сердце проснется, как только услышишь музыку этих уставших дворов» В местах, где нет очевидных памятников архитектуры и исключительных красот природы, фотограф воспринимается изначально как лицо, имеющее вредительские, кляузные или криминальные цели, чью деятельность необходимо пресечь любой ценой. Инна Портнова  описала свой опыт любительской съемки.